6.АНГЛОСАКСОНСКОЕ РАЗВИТИЕ

Подобно другим римским провинциям Британия стала достоянием варваров тогда, когда империя, расшатав основы благосостояния, жизни и силы общества, над которыми она была надстроена, которые поддерживали ее и содержали, уже не могла сколько-нибудь удовлетворительно... защищать от внутренних и внешних врагов необъятный конгломерат стран и народов, постепенно вошедших в ее пределы... Британии тем легче было перейти к более элементарным формам жизни, что на острове этом романизация никогда не была так успешна, как в некоторых других провинциях империи. И здесь, как и в других провинциях, появились римские дороги, облегчившие сношения между различными частями страны и сделавшие возможным обмен между ними; и здесь возникли богатые города с изящными общественными и частными постройками, с римскими школами и другими проводниками римской образованности; и здесь возникла римская вилла, крупное поместье, с усовершенствованными способами земледельческой культуры.., скоро превратившее Британию в одну из житниц империи. И тем не менее все это развитие было очень непрочно...

... Англы, саксы и юты постепенно завоевывают Британию в результате целого ряда отдельных экспедиций, не связанных друг с другом и независимых одна от другой, но в равной мере отличавшихся упорством, жестокостью и беспощадностью борьбы с туземным кельтским населением. Большая часть бриттов погибла в этой борьбе, лишь часть из них была оттеснена на запад и на север, и только самое незначительное количество прежнего населения осталось на своих местах, не оказав, можно сказать, никакого влияния на победителей; этого влияния не заметно ни в языке их (если не считать нескольких десятков кельтских слов - около 40, относящихся главным образом к домашнему хозяйству), ни в учреждениях. Римские города, римские виллы, а также все другие продукты римской культуры и цивилизации стали жертвой огня и разрушения. Если к сказанному прибавим, что из всех германских племен завоеватели Британии, еще живя на материке Европы, более всех других были далеки от влияния Рима, то мы смело можем сказать, что из всех государств, основанных германцами на территории римской империи, государства, основанные англами, саксами и ютами в Британии, представляют собою самый чистый тип германского, варварского развития...

 ...Самый способ завоевания Британии, путем целого ряда отдельных, не связанных одна с другой экспедиций, определил первоначальный характер политической жизни завоевателей: появилось множество самостоятельных государств, не связанных друг с другом никакими постоянными отношениями... Королевская власть возникает у тех племен, у которых еще не было ее, когда племена эти жили на материке: только на время войны избиравшиеся у них герцоги, duces, превратились теперь в постоянных королей; а там, где она была и раньше, она теперь упрочивается в условиях хронической борьбы, требовавшей сосредоточения власти в руках предводителя...

...Англосаксонский период английской истории тянется около шести веков (от середины V до середины XI столетия). Внешняя его история в двух словах такова. Лишь только прекратилась борьба с бриттами, как началась борьба между самими англосаксонскими государствами, не прекращавшаяся в сущности до второй половины десятого столетия, когда закончился процесс объединения Англии, в котором и заключался смысл всей борьбы. В этом процессе можно указать несколько фазисов. Сначала из всей совокупности мелких государств образовалось приблизительно семь более крупных, возникла так называемая гептархия. Преобладание переходило от одного государства к другому... После половины VII века преобладание имели короли Нортумбрии, в VIII веке - короли Мерсии, а с IX в. оно перешло к королям Уэссекса. Каждое из трех названных королевств пытается соединить под своею властью все остальные, но это удалось только Уэссексу. Король Уэссекса Экберт соединяет (в начале IX века) под своею властью всех англосаксов. Но это не значит, что при нем вся Англия была организована в форме одного государства. Большинство государств превратилось в провинции Уэссекса; но некоторые из них продолжали иметь своих собственных королей, конечно в той или иной мере зависимых от уэссекского короля. Окончательное объединение Англии произошло значительно позже и вызвано было новым фактором, внешним. Датчане и норвежцы, те самые норманны, которые сыграли такую большую роль в истории континентальной Европы, эти самые датчане, с девятого века грабя и разоряя Англию, разрушая ее благосостояние, в то же время созидали ее единство, заставляя сплотиться ее разрозненные силы и дать им более централизованную организацию. Одно время вся Англия была завоевана датчанами, и только западные саксы (королевство Уэссекс) с королем Альфредом дали отпор врагам, отвоевав у них западную часть страны. За датчанами осталась восточная часть; тут они окончательно утвердились, перейдя к оседлой жизни и образовав особое королевство. Взаимные отношения датского и уэссекского королевств были определены договором Альфреда и Гутрума в 879 г. Сравнительно скоро датчане слились с англосаксами, и в 959 году король Эдгар принимает корону в качестве короля всей Англии. С датчанами произошло здесь то же самое, что и с норманнами, основавшимися во Франции, которые, как известно, по истечении сравнительно очень короткого времени вполне усвоили себе религию, язык, нравы и учреждения завоеванной области. Датчанам тем легче было сделать это, что политический и общественный строй англов, которых они завоевали, был прямым развитием таких же политических и общественных порядков, с какими они сами явились на остров. Нельзя, впрочем, отрицать, как раз в силу этого же тождества, и некоторого обратного воздействия в смысле сильного толчка в пользу древних учреждений, уже приходивших в упадок у англов после трех столетий цивилизованной жизни, со стороны поселенцев, принесших с собою еще не подвергшиеся перерождению и вырождению социальные и политические порядки. В начале XI века Англия подверглась вторичному нашествию датчан, и ею в течение тридцати лет управляла датская династия. Король Кнут (1017-1035 гг.) принял христианство и правил Англией.., не делая различия между датчанами и англосаксами... После нескольких лет царствования его сыновей английская корона перешла к последнему королю из уэссекской династии к Эдуарду Исповеднику (в 1042 г.).

Завоевание англосаксонской Англии нормандским герцогом Вильгельмом после победы, одержанной им в битве при Гастингсе над войском короля Гарольда 14 октября 1066 г., имело больше значение для всей истории Англии. В частности политическое развитие средневековой Англии может быть понято во всем его своеобразии лишь при условии отчетливого выяснения роли нормандского завоевания среди других факторов, определявших это развитие. Англосаксонская Англия к половине XI в. уже достаточно далеко ушла по тому пути, по которому шли и другие государства, основанные (германцами) на территории Римской империи, и успела выработать типичные для всех их формы социального и политического существования. Центральная власть возлагала на местных сеньоров, по-англосаксонски глафордов, ответственность за поведение коммендировавшихся (отдавшихся к ним в частную зависимость добровольно или по требованию центральной власти) им людей, а затем и наделяла сеньоров публичноправовыми полномочиями в отношении к ним, передавая им иммунитетной грамотой... судебную власть и другие права политического верховенства и таким образом восполняя недочеты своего правительственного аппарата новыми, феодальными органами управления. Главную военную силу составляло теперь войско из выделившихся из массы более или менее крупных землевладельцев, из стоявших над нею глафордов, постепенно организовавшихся в военное сословие, в сословие тэнов, обязанных идти в поход конными и оружными во главе своих вооруженных людей в соответствии с размерами своих земельных владений.

Феодализация англосаксонской Англии, как ни значительны были ее успехи к половине XI в., не привела все же к тем результатам, какие мы наблюдаем в государствах, образовавшихся после распадения Каролингской империи... Раздача англосаксонскими королями прав политического верховенства в частные руки сильных людей и здесь, правда, приводила к развитию тенденций в направлении к расчленению государства на более или менее независимые от центральной власти округа и тем самым к ослаблению центральной власти, но общегосударственные учреждения продолжали здесь функционировать наряду с восполнявшими их феодальными учреждениями... Продолжал существовать и действовать уитенагемот (собрание мудрых) - верховный совет в королевстве, в который входили епископы, значительное число аббатов, стоявшие во главе графств, на которые делилось королевство, элдормены и королевские тэны, т. е. самые знатные из королевских дружинников, державшие части королевских доменов и связанные с королем клятвой верности, и главные сановники двора; по их совету и с их согласия король решал важнейшие дела в государстве: издавал законы как светские, так и церковные, решал вопросы о войне и мире, об армии и флоте, устанавливал экстренные налоги, в последней инстанции решал как уголовные, так и гражданские дела, перенесенные из низших инстанций, а также судил лиц, в силу своего очень высокого положения или по своей близости к королю подсудных только королевскому суду, жаловал отдельным лицам и учреждениям (монастырям и церквам) те или иные права на те или иные земли и территории и выбирал областных старшин, элдорменов.

Уитенагемоту принадлежало и право избрания короля, а также его низложения. Оставались в силе и областные учреждения. По-прежнему два раза в год королевский чиновник, стоявший рядом с элдорменом во главе графства, шериф графства, созывал собрание графства (shiremoot), иначе "народное собрание" (folkmoot) графства, куда должны были являться, кроме шерифа и элдормена, епископ графства, все должностные лица графства, все более или менее крупные землевладельцы и от каждой деревни графства староста, священник и четверо самых уважаемых крестьян. Собрание графства являлось прежде всего судебным собранием, решавшим как уголовные дела, так и гражданские тяжбы, не нашедшие удовлетворяющего стороны решения в нижней инстанции, в собрании сотни; здесь же обсуждались и вопросы, связанные с обложением графства теми или иными сборами для общегосударственных надобностей, вопросы, касавшиеся военной обороны страны как с суши, так и с моря, а также совершались, как и на сотенном собрании и на сельском сходе, разного рода юридические акты, как передача земли из рук в руки и т. п. Продолжали существовать и действовать и собрания округов, на которые распадалось графство - сотен. Сотенное собрание созывалось раз в месяц. На нем должны были присутствовать, как и в собрании графства, все более или менее крупные землевладельцы округа и от каждой сельской общины приходский священник, староста и четверо из самых уважаемых крестьян. И сотенному собранию, которое было также прежде всего судебным собранием, принадлежала как уголовная, так и гражданская юрисдикция, и на нем разбирались и решались дела, возникавшие между сельскими общинами и следовательно выходившие за пределы компетенции сельских сходов; оно же свидетельствовало разного рода юридические акты вроде передачи земли из рук в руки и т. п. и тем сообщало им юридическую силу, оно же раскладывало и всякого рода фискальные сборы, так как сотня являлась и единицей обложения... Самой мелкой единицей государственной организации англосаксов по-прежнему продолжала оставаться деревенская община, Сельский сход галамот, помимо регулирования своих хозяйственных распорядков по-видимому обладал некоторой долей юрисдикции, разбирал и решал гражданские тяжбы между жителями деревни, разбирал мелкие проступки, ими совершавшиеся, подвергал штрафу виновных в них... На него была возложена государством обязанность приводить в исполнение требования высших инстанций, как розыск преступников и краденых вещей, сбор налогов и других поступлений с общины. Органом его являлся деревенский староста (tun-gerefa), который, как уже было сказано, вместе с приходским священником и четырьмя самыми уважаемыми крестьянами деревни представлял интересы общины и в собраниях сотни и графства.

Передача королем в частные руки полицейских, юрисдикционных, фискальных и иных прав политического верховенства не только наделяла этими правами глафордов в отношении к находившимся уже под их частной властью в силу добровольной или принудительной (т. е. по требованию центральной власти, предписывавшей каждому свободному англосаксу найти себе глафорда, который бы ручался за его поведение) коммендации людей, но и передавала их в отношении к людям, до тех пор ни под чьей частной властью и зависимостью не находившихся, нередко передавая эти права крупным магнатам и монастырям над целыми сотенными округами, этим превращая и их в иммунитетные округа, в соки (soke, soka). Жители этих иммунитетных округов по-прежнему ходили в собрания своей сотни и графства, платили общегосударственные налоги, например введенные в эпоху борьбы с датскими набегами так называемые датские деньги (Danegeld), и несли так называемую тройную повинность (trinoda necessitas), состоявшую из военной повинности (по-англосаксонски fyrd), обязанности чинить мосты и укрепления...

Герцогство Нормандия, во главе которого стоял Вильгельм, за покорение англосаксонской Англии вошедший в историю с именем Вильгельма Завоевателя, резко отличалось от всех других герцогств, графств и иные наименования носивших политических образований, на которые распалась монархия Карла Великого. Ни в одном из них центральная власть не была так сильна, как здесь... Вильгельм был не только феодальным сюзереном своих вассалов... Нормандский герцог требовал верноподданнической присяги от всех свободных людей, чьими бы вассалами они ни были; к своему верховному суду он мог привлекать всякие дела; своим баронам он запрещал вести друг с другом частные войны, вступать в соглашения с иноземными государями, чеканить собственную монету, без его разрешения строить в своих владениях замки или укрепления... А для внешней защиты страны он располагал внушительными силами блестящих стрелков и лучшей в Европе конницей...

...Вильгельм выставлял себя законным наследником англосаксонского короля Эдуарда Исповедника, умершего без потомства, и считал избранного после его смерти королем Гарольда узурпатором, у которого он и отравлялся отвоевывать незаконно захваченную им и по праву ему, Вильгельму, принадлежавшую корону. Папа Александр II прислал Вильгельму свое благословение и священное знамя и этим сообщил полную непререкаемость его весьма сомнительным притязаниям, по крайней мере в глазах самого Вильгельма и его сборной дружины. Одержав победу над войсками Гарольда при Гастингсе, Вильгельм немедленно же двинулся к Лондону и в Уэстминстере короновался короной англосаксонских королей с соблюдением всех подробностей коронационного церемониала, практиковавшегося при коронации выборных англосаксонских королей. После этого он уже чувствовал себя на совершенно твердой юридической почве, уже вполне законным королем англосаксов и всех, кто не желал подчиняться ему, трактовал как мятежников. А их было немало, и только после нескольких лет упорной и жестокой борьбы он стал фактически государем своих новых подданных, которым он оставил их право и их учреждения... "Повелеваю и желаю, чтобы все хранили и соблюдали законы Эдуарда короля в делах, касающихся земли и всего прочего, с присовокуплением к ним того, что я постановил для пользы английского народа... Должно обращаться к сотне и к графству так, как это постановили предшественники наши..." Оставляя англосаксам...их старые государственные учреждения, Вильгельм вливал новую жизнь в приходившие уже в упадок... широкие политические формы и тем упрочивал свою собственную власть, укреплял свое независимое положение в отношении к феодальным элементам своего нового королевства.

Мы указывали на то, что и англосаксонская Англия уже знала феодальные формы политической жизни.., но формы эти были еще далеки от вполне развитых форм французского и особенно нормандского феодализма. Теперь они были переведены на строгий язык выработанного феодального права, принесенного завоевателями. Сами завоеватели, пришедшие с Вильгельмом, его собственные нормандские вассалы и присоединившиеся к ним добровольцы из других французских княжеств, а также церковные его сподвижники были щедро вознаграждены им из земельных владений, перешедших в его руки из рук побежденных, которые пали на поле брани или не соглашались добровольно признать его власть. Знатнейшие из них получали десятки, а некоторые сотни англосаксонских поместий с обязательством нести за них феодальные повинности, следуемые ему по феодальному праву, действовавшему в Нормандии. Такие же повинности должны были нести и те англосаксонские тэны, которые признали власть нового короля и сохранили за собой свои земельные владения. Можно сказать, вся территория Англии прошла через руки Вильгельма прежде, чем оказаться в руках феодальных ее владельцев, и феодальное право признало его верховным собственником всей земли в королевстве, и все землевладельцы, от самых крупных до самых мелких, как иноземцы, так и туземцы, являлись его держателями, державшими свои земли от короля или непосредственно (in capite), или в последней инстанции. В этом отношении средневековая Англия является самой феодальной страной во всей феодальной Европе...